После того, как отгремела Гражданская война, молодая советская страна начала потихоньку переходить к мирной жизни, но, естественно, с новыми порядками, и проявилось это, в первую очередь, в коллективизации сельского хозяйства.

Ставилась задача полностью разрушить патриархальный сельский быт и прежний способ производства, уничтожить частную собственность, и прежде всего на землю, создать новую форму сельскохозяйственного производства - совхозы. Как? Отнять все у кулаков и баев, и поделить.
 У нас в области работа по коллективизации, обобществлению и продналогам, переделу земельных угодий шла снова. Особенно она активизировалась во второй половине 20-х годов прошлого века. На местах этим вопросом занимались уполномоченные политтройки, в округе - политпятерки. Остались в истории и некоторые имена людей, занимающихся коллективизацией и переделом земель. 25 мая 1920 г. состоялось окружное Кустанайское совещание так называемых волуполномоченных,
“...на котором заслушаны доклады двух уполномоченных, принят технический план передела и т.п.” А для надзора и помощи местным “политтройкам” по переделу земель из Кустаная в волости были направлены “смотрящие” за процессом: в Карабалыкскую волость - Чуланов, в Аракарайскую - Кушербаев, в Мендыгаринскую - Асылбеков, в Каратальскую - Байгурин, в Кушмурунскую - Муканов, в Аманкарагайскую - Жалмухамедов, в Тобольскую - Карпыков, в Джетыгаринскую - Кошалов, в Куиндинскую - Якупов. С мест стали докладывать: “Бедняки за 10 верст пришли пешком на место передела, требовали себе самых лучших угодий и участвовали в переделе до конца”. Требуют самых лучших угодий, а Союз кошчи выступает их защитником”.
 Однако на местах во время передела собственности все шло совсем не гладко. Члены местных “политтроек” пьянствовали, проявляли черствость, неумение работать, творили беспредел, чем порочили и себя, и новую власть в глазах народа. В связи с этим Кустанайский окружком ВКП(б) 31 января 1928 г. вынужден был издать и разослать на места срочное директивное письмо на этот счет. Там, в частности, говорилось: “...в то время, когда дело связано с хлебозаготовкой и выкачкой налогов, и если в это время крестьянин будет видеть пьяного заготовителя, милиционера, судью или другое какое-либо служебное лицо, или члена партии, у него, понятно, будет остывать готовность помочь Соввласти и партии... А особенно важно суровое воздержание от излишеств во время борьбы с самогоном”.
 Но, видать, накачки областного аппарата мало помогали.
5 марта 1928 г. секретным письмом ЦК ВКП(б) и Казкрайком ВКП(б) о ходе работ по коллективизации в округе, окружком докладывал и так: “...В поселке Рязановском проверочная комиссия с участием селькора пьянствовала на свадьбе во время проверки, теряли списки. Отдельные наши коммунисты в деревне заявляли среди населения таким образом: “На овес вас всех посадим”. И это было только начало. После “исторических” решений  XV съезда ВКП(б), взявшего курс на поголовную коллективизацию и искоренение кулака как класса, начались репрессии. Деревня была уничтожена, грянул голод. Но это чуть позже. В Казахстане с 1928 г. началось еще и принудительное “оседлание” кочевых казахов, которых было большинство, что обострило и без того сложную ситуацию. В директивном секретном письме Кустанайского окружкома ВКП(б) от 10 марта 1928 г. на места так и сказано: “...особенности положения казахского населения ставят перед аульными коммунистами свои задачи. На их обязанности лежит, помимо общей задачи ячеек деревни, задача перевода казахских хозяйств на рельсы более интенсивного хозяйства путем перевода его на оседлость...”
О том, как у нас все это происходило, - в следующем выпуске “Ретроскопа”.

Оценка: 0 (Всего голосов: 0)

Комментариев нет

Вы можете прокомментировать статью, зарегистрировавшись на нашем сайте.